Арбитражные решения в Казахстане: исполнить нельзя отменить

СРАВНЕНИЕ

Тексты законов у нас и у лидеров арбитражного рынка почти близнецы — все выросли из Модельного закона ЮНСИТРАЛ. Разница в судейской привычке, и её видно на живых делах. Английский судья по разделу 68 Арбитражного акта 1996 года удовлетворяет жалобы на решения в единичных случаях за год — установка «сомнение толкуется в пользу окончательности» там не написана в законе, она воспитана поколениями практики. Франция пускает в ход лишь «международный публичный порядок» — категорию настолько узкую, что должники редко тратят на неё деньги. Сингапур сделал проарбитражность государственной стратегией и собирает споры всей Азии. Теперь наш материал. Заявление о признании решения МКАС при ТПП РФ от 11 августа 2021 года прошло в Казахстане четыре круга: суд первой инстанции вернул его, апелляция возврат отменила, при новом рассмотрении заявление удовлетворили, апелляция засилила — а Верховный Суд 10 июня 2025 года всё отменил и вернулся к исходному выводу о неподсудности по статье 39 ГК и статье 503 ГПК. Два года процессуальной жизни на вопрос, который решается при принятии заявления за один день. Есть и обратный перекос: в Восточно-Казахстанской области суд удовлетворил заявление китайской компании о взыскании 1 987 500 долларов по решению комитета CIETAC, не заметив, что к делу не приложены ни арбитражное соглашение, ни госпошлина. Урок обеих историй один: зрелая проарбитражность — это не благосклонность к взыскателю и не подозрительность к нему, а дисциплина процедуры, одинаковая для всех.

ПРОБЛЕМЫ ЗАКОНА

Практически значимых пробелов я насчитываю четыре, и ранжирую их по цене для сторон. Первый — валютный, самый дорогой. Суд Северо-Казахстанской области признал решение арбитража города Яньтай о взыскании 2 337 400 юаней — и присудил именно юани, потому что ни ГПК, ни Закон об арбитраже, ни Нью-Йоркская конвенция не дают суду права пересчёта, а судебный исполнитель конвертировать валюту не уполномочен вовсе. Взысканное «зависает» между определением и деньгами. Пока поправки в Закон об исполнительном производстве, которые инициирует сам Верховный Суд, не приняты, добивайтесь тенгового эквивалента и даты курса ещё на стадии арбитража — в самом решении. Второй пробел — понятийный: дефиниции публичного порядка в законе нет, и оговорка остаётся дежурным возражением каждого должника; профессор Идрышева фиксирует, что суды находили его нарушение даже в спорах без иностранного элемента, а Конституционный Суд уже рекомендовал Правительству закрепить определение. Третий — компетентностный, самый неудобный для системы: в деле о взыскании 13,5 миллиона долларов за уголь суд Астаны мотивировал признание решения Кишинёвской конвенцией, которая к коммерческому арбитражу не применяется, — и это после двух обобщений и прямого разъяснения в пункте 6 НП № 3. Такое не лечится новой нормой, только обучением. Четвёртый — мотивировочный: «констатирующие» определения, где суд перечисляет статьи и объявляет вывод, не показывая рассуждения, ставят под сомнение законность даже правильных по сути актов. Требования к судебному решению давно сформулированы — их нужно просто исполнять.

ПРОГНОЗ РЫНКА

Поток заявлений удвоился за два года — с 12 до 25 — и я не вижу причин для замедления: Нью-Йоркская конвенция работает, деньги идут за решениями, а география источников (Россия и Англия — по 10 заявлений, Китай — 8) отражает реальную структуру внешней торговли. Карагандинская область и Алматы вместе пропустили через себя половину всех материалов — там де-факто складываются центры судейской компетенции по арбитражу, и это аргумент продумывать место исполнения ещё при структурировании сделки. Практикующим коллегам предлагаю три привычки, выведенные из чужих проигранных дел. Первая: подсудность считается до подачи, а не после — базовое правило статьи 503 ГПК привязывает заявление к месту постоянно действующего органа должника, и лишь при неизвестности места — к имуществу; именно на этом взыскатель потерял два года в деле МКАС. Вторая: пакет собирается по пункту 40 НП № 3 буквально — подлинник или нотариальная копия и решения, и соглашения, заверенный перевод, пошлина 5 МРП, уплаченная от имени взыскателя, а не представителя; справка о «вступлении в силу» не нужна, и требовать её у вас не вправе. Третья: извещение контрагента в арбитраже документируйте так, как будто спор об извещении уже идёт, — потому что, судя по анализу ВС, он и будет идти. Эти три привычки закрывают девять из десяти причин возвратов, которые я вижу в материалах трёх лет.